У нас с моим другом и коллегой Денисом Ламеховым было в свое время такое культурно-историческое наблюдение: если где-то в мире происходят военно-политические конфликты, связанные с угрозой жизни, в моде парадоксально много сексуальности, витальности, эйфории. Так было в начале нулевых, когда конфликты на Ближнем Востоке привели к трагедии 11 сентября. На подиуме в это время: яркость и секс-шик на грани с китчем. На мифо-поэтическом уровне это выглядит, как противопоставление Эроса Танатосу.
Вчера я первый раз с февраля добрался до западных модных медиа. Везде пишут о возвращении откровенной эстетики нулевых, сравнивают наряды с последней церемонии Грэмми с Грэмми 20-летней давности, предлагают кучу вариантов «голых платьев», констатируют уровень раздетости разнообразных селебрити. Интересно, как закономерно парадоксально меняются и возвращаются смысловые потоки в моде.
эрос - как продолжение жизни - противоставляется в коллективном культурном бессознательном смерти
Интересно, сбылись ли предсказания?